О своих земляках-крымчанах мне рассказал старый, в прошлом знаменитый, советский хирург. Хирургом он стал в начале пятидесятых, а история, которую он мне поведал, началась в годы тридцатые.
В Евпатории, где он родился, жили по соседству врач и его дочка, тоже врач. Приблизительно в году 1934-35 она устроила свою личную жизнь – вышла замуж. Молодой муж ее был евреем. Лет пять-шесть они жили хорошо, но в 1941 году началась Великая Отечественная война.
В силу сложившихся обстоятельств семья эта не эвакуировалась. Немцы захватили полуостров, и, буквально на второй или на третий день, жена по дороге из дома в больницу, где работала вместе с отцом, зашла в немецкую комендатуру и заявила, что муж ее еврей. Потом пошла на дежурство. Вечером, вернувшись со смены, она, конечно же, мужа не застала. Нетрудно себе представить дальнейшую судьбу ее супруга.
В годы оккупации она и ее отец работали в той же больнице, в какой трудились они и до прихода фашистов, только с той разницей, что пациентами их стали, в основном, солдаты и офицеры гитлеровской армии. Когда в 1944 советские войска выбили из Крыма захватчиков, по какой-то своей причине, они с отцом не захотели или не смогли уйти с оккупантами.
Буквально в первую же неделю советская администрация, с помощью компетентных органов, выяснила, чем занимались наши знакомые с 1941 по 1944 годы. Они были арестованы и, в соответствии с приговором суда, сосланы в Среднюю Азию. Сосланы навсегда. Там, в далеких и чуждых для них киргизских степях, героиня наша обрела личное счастье. Она вышла замуж… и опять за еврея. Говорят, что живут счастливо.
Однако каким бывает оно – это личное счастье!