Для многих, наверное, явится новостью, что в России уже четвертый раз проводится международный кинофестиваль в Приморском крае, во Владивостоке, и носит он гордое имя "Меридианы Тихого" (т.е. Тихого океана). Губернатор, возжаждавший рекламы "своего" края, вложил в это мероприятие солидные деньги, кое-что добавили и местные состоятельные дельцы (край богатый: рыба, нефть, развивается промышленность, и Владивосток теперь город для иностранцев открытый). Осенью прошлого года там состоялся очередной фестиваль. Как пишут участники, обстановка в многозальном кинотеатре "Океан" была "совсем как в Каннах": фраки, банкеты, гости, переводчики и, конечно, просмотр отобранных картин. Первую премию за документальный фильм получили испанцы, за игровой (раньше все подобные именовались "художественный") – россияне. Я же собираюсь особо остановиться на американском фильме, где премию за лучшую мужскую роль получил Борис Лескин, в прошлом – актер ленинградского театра Товстоногова. Фильм "Все прояснилось" ("Everything Is Illuminated") , который шел на американских экранах год тому назад, поставил молодой голливудский актер Лев Шрайбер (он "Лев" в честь Льва Толстого, такое имя ему выбрали родители, выходцы из Германии, евреи). Этот фильм – его первый режиссерский опыт. В качестве основы для сценария Шрайбер взял книгу Дж. Сафрана Фоура, у которого во время Холокоста погибли родные, жившие на Украине. История так поразила молодого и восприимчивого американца, что он захотел об этом написать. Книга получилась объемная. Автор поместил в нее, кроме событий Холокоста, и описание давних лет, когда в городке бок о бок мирно жили украинцы и евреи. Режиссер и автор книги встретились и нашли общий язык, а затем Шрайбер, отставив в сторону слегка скучноватую философию начинающего писателя, смог добыть из книги "живую нить" – и сочинил сценарий. Вкратце я напомню, в чем там было дело.
Итак, на Украину приезжает молодой американец Джонатан, который хотел бы повидать городок, где жил и в войну погиб его дед, а также, если удастся, поговорить с кем-то из давних тамошних жителей. А в Одессе проживает некий предприимчивый старик, который уже не раз (чтобы заработать!) возил "богатых жидов из Америки" на подобные розыски. Он, вроде, от дел отошел, но, услышав, что предстоит поездка в городок с названием Трачимброд, почему-то согласился. С собой он решает взять любимую собачку (ее зовут "Сэмми Девис мл. мл." – американский зритель, конечно, помнит популярного певца с этим именем, но без второго "мл.") и своего внука Алекса. Внука в фильме играет тоже "наш" человек – Женя Хатц, молодой организатор полуцыганской музгруппы, который и рок умеет, и шейк, поэтому на экране по его походке, жестам, игре глаз зритель сразу признает в Алексе "кумира одесских стильных ребят". Алексу ужасно хотелось узнать, что там, в Америке, сейчас "лабают", а тут как раз подвернулась встреча с парнем оттуда!
И вот "трое, не считая собаки" на старой машине-развалюхе отправляются в путь. Результат поисков таков: городка нет – от него осталась лишь общая могила, а о том, как убивали деда молодого американца, расскажет найденная ими старая женщина, видевшая это сама. При этом неожиданно оказывается, что и дед Алекса жил в этом городке, и что его – еврея (!) тоже убивали, но из горы мертвецов вытащила и спасла его девушка-украинка, вот эта самая старая женщина…
Спасенный, уцелевший, он (как подразумевается) бежал тогда из родных мест, а затем осел в Одессе. Он хотел забыть, изгнать из памяти прошлое, но прошлое все равно его настигло: после разговора со своей постаревшей спасительницей, после знакомых с детства мест, после всех воспоминаний он, не выдержав, покончил с собой.
В финале Джонатан уезжает домой. Он и Алекс стали близкими друг другу людьми, ведь оба – потомки погибших здесь евреев; американец даже к собачке привязался, а так боялся ее вначале… Джонатан увидел, что люди в его родной Америке и на далекой Украине – такие же самые (чтобы зритель это лучше понял, режиссер воспользовался интересным приемом: по прилете домой, в аэропорту Джонатан видит все тех же людей: подавальщицу из украинской столовой, мальчика-пастуха, селян, встреченных на дороге – это они, они, только в американской одежде!)
А теперь перейдем к совсем недавнему документальному фильму, показанному в рамках международного фестиваля. Этот часовой фильм называется "Мой муж Андрей Сахаров" и снят он кинематографистами Латвии и Франции. Зритель видит академика Сахарова дома в Москве и в ссылке в Горьком, тут же выступает с рассказом бывший патрульный из КГБстской команды, сутками сторожившей вход в горьковскую квартиру, появляется на экране Горбачев и произносит полулицемерные речи о том, как он ценил Сахарова, а затем идут кадры, как этот "ценитель" на съезде сгоняет Сахарова с трибуны… Рассказывает о Сахарове его жена Елена Боннер, участница (и инвалид) Отечественной войны. Эта постаревшая, поседевшая женщина не растеряла прошлой энергии и убежденности; зритель видит ее и "тогдашнюю", на выступлении в Стокгольме в 1975 г., когда Сахарова не выпустили произнести речь и получить Нобелевскую премию мира. Показали там и замечательную скульптуру "задумавшегося Андрея Дмитриевича" (автор Петр Шапиро), которая установлена в Вашингтоне; есть и другие интересные встречи и воспоминания. После просмотра невольно появилась мысль: 17 лет прошло после кончины Сахарова, а фильм о нем сделали не в России, а латыши с французами.
Впрочем, последнее становится более понятным при известии, что уже идет показ (по ТВ) нового 40-серийного фильма "Сталин". Пару серий я посмотрела, и судя по ним и по тому, что пишет о фильме российская печать, это дорогое многосерийное изделие снято в духе последних книг В. Суворова "о мудром и прозорливом отце народов, а что немного тиран, так русскому народу это и нужно". Буду рада ошибиться, но что-то на это не похоже…