Еще раз о клонах и клонировании человека

Помните эту считалку? Там и королевич, и портной, и сапожник – много народу. И все разные, индивидуальные, а уж судьбы – так вообще...
Ничего подобного! С точки зрения судеб еще куда ни шло. А все остальное? Попробуем вникнуть в суть.
Начнем с генотипа, совокупности всех генов, которые присущи данной особи. Даже с гена – с функциональной и структурной единицы, отвечающей за появление того или иного признака хоть у мушки-дрозофилы, хоть у мамонта.
Так вот, оказывается, с одной стороны, что все люди имеют общие черты генотипа, которые отличают их – людей, homo sapiens – от других живых существ на Земле. С другой стороны, механизм работы генотипа одинаков и у нас, и у животных, и у растений. И в этом смысле все люди одинаковы, узнаваемы и повторимы. И с точки зрения механизма работы генетического аппарата мы все одинаковы, как песчинки в Кара-Кумах или зернышки пшеницы! И, наконец, только в долях одного процента (а кто считал?) мы разнимся. Только в тех долях, которые сохраняют нашу общность как homo sapiens и подчеркивают индивидуальность каждого из нас. Только в долях… Эти доли и определяют разные расы, цвета кожи, темпераменты, истории и географии, это они диктуют, родится ли глухой Герасим или гениальный да Винчи. Старое название – Промысел Божий. Упрятанный в доли процента, как выяснилось.
Вот тут и вспенивается девятый вал вопросов: откуда мы? Поскольку число теорий наваливается на наши бедные головы, и число толкователей растет, попробуем просто пофантазировать – поскольку нет исходных данных, и отсутствует главный критерий исследования – воспроизводимость опыта.
То, что мы ведем отсчет от внеземных цивилизаций, – несомненно. Кто-то, располагавший Высшим Разумом и Опытом, завез на эту Землю, на сушу и на морские глади колоссальное количество генного материала. И поселил, приспособив к дыханию воздухом, и научил, как-то адаптировав, возможности получать необходимый кислород из воды. Предусмотрел и смешанные формы, и жизнь на грани только обмена веществ, и растения научил питаться не только землей и водою, но и живыми созданиями. Но, дав начало всему, что вокруг, Высший Разум и Опыт давно оставил нас. Эволюция началась потом.
- Не вижу героя! - сказал бы режиссер.
А герой гоняется за мамонтами, купается в римских банях, уже по-людски любит женщин и начинает писать стихи.
Начав с задач по клонированию, Создатель чего-то недосмотрел, а, может, и заложил индивидуальности в генный аппарат (в те самые доли процента, что нас с вами и определили). Еще вариант: свято место было не заполнено с умыслом, чтобы дать возможность среде воздействовать на субъекты и адаптировать их ко всяким условиям. Нам, выросшим на полях социалистического материализма, эта позиция импонирует более других: бытие определяет сознание, условия делают человека, человек создает условия. Но снова вопросы: а как же с цветом кожи, разрезом глаз, языками? Что за бытие? Что за сознание?...
Эрнст Мулдашев, неугомонный фантазер и бродяга (заодно и глаз впервые в мире пересадил!), приводит египетские каменные документы: сколько хватает глаза – одни клоны в упаковках. Откуда они? Кто запечатал эти соты?
Вот и сейчас клонирование началось. Конечно, штучное, рукотворное, еретическое. Но ведь это только начало.
Когда Высший Разум и Опыт (ВРИО) начинал свою работу, он знал, что делает: нужно было создавать мир. «Местное» же клонирование служит эпатажу воображения, рекламе, сенсации. Хотя ВРИО был бы доволен – человечество добирается до глубин мироздания.
Вопрос «зачем?» – праздный. Как, например, объяснить «зачем?» женщине с нарастающей мышечной дистрофией, что на ее деторождение наложено вето. А она больше всего на свете хочет ребенка – и получает его! Клонированием, господа, клонированием.
Но, с другой стороны, разве человечество решило все проблемы и осталось только искусственно воспроизводить себе подобных, словно осам или пчелам (у них, как известно, продолжение жужжащего рода идет не половым путем – клонированием)? Они ведь, клоны, еще и есть захотят...
Чуть-чуть, для справки.
Есть два пути продления жизни (не считая, конечно, вегетативных, где природная автоматика стихийна и циклична). Первый не требует для воспроизведения себя в потомстве мужского начала. Женская яйцеклетка (мужских не бывает) дополняется недостающими телесными хромосомами и способна развиваться без оплодотворения. Причем не только в начальных стадиях, но, при условиях – до конечной цели, до рождения. При этом «мущины» за кадром нету. Возможно, так появился Сын Божий – известная всему миру Дева зачала-то и выходила непорочно. С эмбриологической точки зрения иного пути не существует, только клонирование.
Второй вариант прекрасен, как сама жизнь, и здесь без мужской клетки никак не обойтись. И вообще, без любви.
В любой клетке есть ядро, в любом ядре – хромосомы (у человека – 46 хромосом, причем половина передана отцом, другая – матерью). Но сочетание генов, содержащихся в каждой хромосоме, – целый Интернет наследования, где все надежно перепутано. А в основе жизни, в продолжении рода – половые клетки: женская – яйцеклетка и мужская – сперматозоид. Мужская клетка, обнявшись с женской и уже поглощенная ею, создают неповторимый узор жизни. И нас с вами, и всех, всех, всех.
А над биологией бытия парит Любовь.
Два тысячелетия тому из туманной библейской истории слышится глуховатый голос святого апостола Павла, обращенный к коринфянам: Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание прекратится.
По-видимому, это код.
И рвущий голосовые связки Поэт вдруг становится мягким и нежным:
Когда вода Всемирного Потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На сушу тихо выбралась Любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков…
Но лучше всех сказал, конечно, Эрих Фромм, Главный Амуровед Земного Шара: Ключ к пониманию человеческой сути можно найти только в эмоциональности, чувственности и любви. Без этого жизнь меркнет, теряет содержание.
Вот мысли и чувства людей, которым можно доверять.
Создатель неслучайно окрасил чувственность в радугу цветов: этот орнамент был и есть во все времена.
Ну, а как с нашим происхождением? Действительно ли, мы изначально клоны, матрицы?
Похоже, что так.
Однако выпущенные из генетических инкубаторов, мы уже давно разбросаны по свету и давно забыли об этом. Есть основания думать, что и не знали: источники фрагментарны, столько воды утекло, столько поколений сменилось!!!
Остались фантазии. Без них нельзя: они побуждают мысль и нужны абсолютно всем от мала до велика.
Таковы мысли двух ученых-материалистов.

Справка об авторах:
Феликс Byль – сын крымского литератора, журналист, кандидат медицинских наук, врач-психиатр и психотерапевт, автор ряда медицинских и художественных книг. Живет в Германии, в Бремене.
Аркадий Брусиловский – потомственный врач из Крыма, профессор эмбриологии, склонен к беллетристике. Автор ряда произведений (учебных и научно-популярных) по генетике и жизни до рождения. Живет в США, в Лос-Анджелесе.