Говорит однажды Бруха,
очень вредная старуха,
мужу своему: - Арон
(а ее слова – закон!),
в море на рыбалке ты бы
наловил для меня рыбы!

Рано утром, на рассвете,
когда взрослые и дети
крепко спят в своей постели,
со снастями еле-еле
по Одессе брел Арон
прямиком на Ланжерон.

Рыбакам сказал он «Здрасте!»,
разложил, как надо, снасти,
удочку закинул в море…
Поплавок запрыгал вскоре.
Рыбка сходу хвать крючок,
а Арон ее – в сачок!

- С первой рыбкой! - и стакан
выпил водки. Вот кукан
только взял он, чтобы рыбку
крепко нанизать на нитку,
как услышал человечий
голос, говорящий речи:

- Ты ж не гой еси, Арон!
Вспомни Тору и Закон!
Ведь Закон твой говорит:
«Кошер должен есть Аид!»
Золотая рыбка я,
вовсе не кошерная!

Посмотри, какая я –
кожа голая моя.
Хоть не набожный еврей,
ты ведь все же – иудей.
Отпусти меня, Арон,
безо всяких там препон!
А за это я, Арончик,
подарю тебе купончик.
Не простой купон – волшебный!
Дом твой будет сытый, хлебный.
Очень тот купон хорош!
С ним получишь все, что хошь!

Бледный стал Арон, как мел,
испугался, аж вспотел:
- Тридцать лет как я рыбачу,
но чтоб рыба и в придачу
говорила на иврите?!
Диво, что ни говорите!

И, волшебный взяв купон,
рыбку отпустил Арон.
Он купону говорит:
- Я – пенсионер Хаит,
и хочу, чтоб я, Арон,
не бедняк был, а – барон!

А придя к себе домой,
обомлел он: «Боже мой!» –
на Костецкой вместо хаты
белоснежные палаты!
Видит Бруху, баронессу,
та орет на всю Одессу:

- У тебя не мозг, а тухес! -
так кричит Арону Брухес, -
Я тебя не понимаю!
Что просил, башка дурная?!
Не хочу быть баронессой,
а царицей иль принцессой!

И обиженный Арон,
взяв волшебный свой купон,
говорит, хоть и «боицца»:
- Станет Бруха пусть царица!

Ай купончик-молодец –
терем превратил в дворец!
Но зловредная царица,
как торговка, «материцца»:
- Нет мозгов же ж ни на йоту!
Объясняла ж идиоту –
не царицей-одесситкой,
быть хочу антисемиткой!

И уселася на трон,
говорит: - Хаит Арон,
выполняй царицы волю,
а не то – тебя уволю!
- Сделай! - говорит купону.
Но… слетела Бруха с трона!

И сказал ему купон:
- Есть незыблемый канон –
среди правящей элиты
сплошь одни антисемиты.
Только в сказках справедливость –
Бруха с трона и свалилась.
И не Бруха, а Мария –
воплотилась ее мрия:
Стала Бруха христианкой
и собора прихожанкой.

- Я не верю! Это – сон! -
говорит ему Арон, -
Я тебе, купон, не верю
и сейчас же все проверю!

И, задрав свой длинный нос,
он помчался на Привоз,
где торгует Бруха рыбой.
Он увидел: мощной глыбой,
как ужасная стихия,
на него идет Мария.

И кричит: - Эй ты, пархатый!
Нэ прыходь мэни до хаты!
Инородцив нэ трымаю,
бо я вжэ Мыколу маю!
И залыш автомобиль!
Сам жэ ехай в Израиль!

Вдруг соседняя торговка
ей кричит, картавя ловко:
- Шо, жыдовка, гасшумелась?!
Мабуть, белены объелась?!
Собигай свой чемодан
едь и ты в Бигобиджан!

- Жизнь всегда, - скажу вам я -
станет на круги своя,
потому что жизнь – спираль.
А отсюда и мораль:

Хоть Мария неуклонно
ходит в церковь, бьет поклоны
и на шее крестик носит,
но ее еврейский носик,
уши, губы, волос, глазки
говорят, что стать без маски
ей Марией – можно. В сказке.

Берлин, 19 февраля 2008 г.