В отсутствие войн и революций, как правило, мир начинает тоньше чувствовать, глубже переживать, стремиться к прекрасным идеалам. Американская молодежь от общения с компьютерами становится более эрудированной и, не побоюсь сказать, - умнеет. Это однозначно. Особенно это очевидно свободно путешествующему туда-сюда человеку вроде меня, когда он сравнивает тех «русских американцев», которые сюда приехали, и тех, которые там остались. Что говорить, жить и учиться в Америке хорошо.

Однако есть области человеческой деятельности, где этот прогресс не так уж очевиден. Это область традиционного академического искусства. Здесь Америка еще отстает. Почему отстает – это предмет другого разговора. Пока что мы сталкиваемся здесь с тем, что на главные роли в музыке, опере, балете приглашают европейских артистов из стран с длинной историей культуры.
При всем при том Академическое искусство завладевает все большим числом зрителей. Это становится большим бизнесом. Гонорары молодых талантливых артистов растут безмерно. Но не каждый молодой и талантливый может быстро забраться на вершину профессионального мастерства.
Мне хочется разобраться в том, что это такое - современный артист? Капризные примадонны, голливудские звезды, которые то женятся, то разводятся, сейчас интересны только старикам да бульварным папарацци. Фотографии вываленных наружу грудей, леса крашеных перьев, золото и вязки бриллиантов, панбархат одежд идолов сцены и вокала уже остались в далеком прошлом.
Марии Кочетковой 23 года, и она уже прима-балерина (principal dancer) лучшей на сегодня танцевальной труппы США – San Francisco Ballet. В последние годы СФ Балет заставил говорить о себе и в Европе, и в Азии, получив международное признание и высокую оценку. В этом году Первая национальная профессиональная балетная компания Америки празднует свое 75-летие. Мы старше всех американских балетных компаний. San Francisco Ballet со времени своего создания в 1933 году явил Америке первые полные версии самых известных балетов: Щелкунчик (1944), Коппелия (1938), Лебединое озеро (1940) и другие.
В среду 23 января 2008 года состоялось San Francisco Ballet at 75 The Diamond Gala Celebration. Мария Кочеткова танцевала па-де-де из Эсмеральды композитора Цезаря Пуни в хореографии Жюля Перро. Это достаточно известная в русском классическом балете сложная композиция, когда балерина не только танцует, но и носком туфли время от времени бьет в поднятый над головой тамбурин – бубен.
И Маша показала класс! Ее партнером был зажигательный Joan Boada.
* * *
Приглашение минувшим летом в труппу СФ Балета солистки English National Ballet Марии Кочетковой не случайно. В будущих сезонах продолжится постановка SF Ballet (artistic director Helgi Tomasson) «больших», то есть многоактных, балетных спектаклей, требующих высочайшей академической подготовки и технического совершенства каждого исполнителя - от танцовщика кордебалета до прима-балерины. На прекрасно выученную балерину русской школы, обладательницу многих конкурсных наград Марию Кочеткову и ее коллег возлагаются большие надежды руководителей балетной компании и зрителей.
У меня была возможность познакомиться с Машей, побеседовать с ней, показать ей Сан-Франциско, наш город, который, надеюсь, станет для нее счастливым.
В декабре я посетил два спектакля традиционного «Щелкунчика», который сейчас идет в улучшенном варианте режиссуры и сценографии, с усложненными танцевальными номерами по сравнению с теми спектаклями, которые я видел пять-шесть лет назад. В том спектакле, которым открывался сезон, Мария Кочеткова получила ведущую партию: вместе с Давидом Карапетяном она исполнила знаменитое па-де-де. Открывать сезон в такой роли – большая честь для балерины. Нужно сказать, что первоначально для первого выступления на сцене Сан-Франциско Маша готовила партию «The Sugar Plum Fairy», но обстоятельства сложились так, что ей была поручена главная роль. Но несколько позже, перед Новым годом, она так же неожиданно станцевала и «Сахарное драже». С затаенным трепетом оба раза я смотрел на сцену, всей душой желая Маше успеха, потому что она показалась мне очень серьезным и преданным искусству человеком. И я очень рад, что американская публика горячо приняла молодую балерину.
Для балерины 23 года – это самый расцвет, то время, когда артистка набрала достаточно и профессионального и духовного опыта, есть обаяние молодости, есть форс и кураж, но еще нет травм и усталости, и танец искрится, как брызги шампанского. Через пятнадцать-двадцать лет все изменится. Как грустно отмечала Майя Плисецкая: «Приходит опыт, - уходит прыжок».
Как мне кажется, Марии Кочетковой, выпускнице Московской Государственной академии хореографии, ближе Вагановская школа своим стремлением к отвлеченной красоте линий, тяготением к некоей прекрасной петербургской искусственности, к условности пластического искусства, а не московского «жизнеподобия» танца.
По мнению Марии, отличие западной балетной школы в Англии и Франции от «московского танца» в том, что там, на Западе, больше смотрят на чистоту позиций. В Москве танцуют «с душой», но очень неаккуратно. Нужно от себя добавить, что, на мой взгляд, происходит подобное и в певческом образовании: московские вокалисты поют тоже «с душой», но не чисто, фальшивят. Из общения с молодыми актерами я вынес, что они ценят тех, кто сам всего добился, без протекции пройдя все стадии профессиональной лестницы. Больше всего они не терпят «блатных». Путь к вершинам мастерства самый простой – честно пройти по всем ступеням.
Тяжелые первые годы профессионализма, когда не так часто поешь или танцуешь, но много думаешь и начинаешь становиться самостоятельным, - это необходимый этап жизни каждой крупной личности. Главное, что ты сам, самостоятельно решаешь важнейшую жизненную проблему, проблему Выбора.
И каждый добившийся успеха знает, как важно встретить в начале карьеры хорошего педагога. Очень важно иметь хоть одного хорошего педагога во время обучения. Хороший педагог тот, кто угадал особенности студента. Талантливых студентов долго обучать не нужно – то, что для них естественно, они схватывают быстро, и в зависимости от особенностей психики талантливого студента дальнейшее «пережевывание» уже «схваченного» может навредить. Дальше задача педагога быть лучшим из зрителей, правдивым «зеркалом», тем «зеркалом», которому доверяет студент. Педагог должен привить студенту умение работать и соблюдать самодисциплину. Особенно это важно в балете. Я преподавал рисунок и живопись в выпускных классах в школе для художественно одаренных детей при Мухинском училище, где школьников уже готовят к профессиональной деятельности. Среди моих учеников иногда попадались одаренные девочки, которые по разным причинам выбыли из балетных школ: Вагановской, Московской и Пермской. Несмотря на разную географию их предыдущего обучения, с ними было очень легко: все они быстро продвигались в академическом рисунке и живописи, так как умели сосредотачиваться на цели, все они умели работать.
Хорошо, если студента еще на стадии обучения уже приняли в профессиональный театр, и он может не заботиться о формальном образовании, о дипломе, и вообще не терять время и молодую энергию развития. И если в этом случае ты решил бросать «школу», то это значит, что ты уже знаешь себя, свои особенности. И тогда тебя начинает учить «сцена»: театральный коллектив, старшие партнеры, мастера сценического ремесла, которые делятся с тобой приемами и способами создания образа.
Тем не менее, все должны пройти стадию кордебалета или хора в оперном театре. Как всегда, в творчестве артиста (и в обучении, и в создании образа) огромную роль играет проблема «законченности», то есть нужно выбрать момент и «поставить точку» так, чтобы не засушить догмами и жесткими правилами себя, живого и развивающегося, важно оставить возможности для саморазвития личности, саморазвития образа. Но, с другой стороны, существует опасность дилетантизма, когда молодой артист сразу получает главные роли (чаще всего «по блату»), не пройдя перед этим необходимого курса ремесла, перепрыгивая через скучные обязательные ступени его. Будущий солист – это тот, кто больше и сильнее хочет. Такой «честолюбец» после обязательных занятий в кордебалете, после нескольких часов трудной работы не идет отдыхать, а находит в себе энергию и волю для сольных репетиций.
То же самое и с конкурсами: только тот, кто прошел все тяготы конкурса, демонстрирует, что он вынослив физически и психологически. Артистизм участников на конкурсах проявляется мало, и эта грань развития молодого артиста в большой степени зависит от уровня его педагога. Как проявить индивидуальный стиль, если конкурсы для того и создаются, чтобы выявить сильнейшего, а не уникальнейшего? Красота, грация, прекрасный голос даются многим, но еще важно их развить…
Конкурсы молодые актеры музыкального театра не любят, но понимают, что психологическую закалку и испытания на спортивные качества можно пройти и проверить себя только на конкурсах. Кроме того, победив на одном конкурсе, нельзя проигрывать последующие. Это подгоняет, как стимул. Положение лауреата - обязывает.
Самый лучший приз для молодого соискателя на музыкальных соревнованиях – стажировка за границей у известных учителей. Профессиональное совершенство невозможно без общения с мастерами на уроках, на «открытых уроках» приезжих знаменитостей. На мастер-классах заводятся нужные знакомства, обретаются друзья из разных стран, возникает известность в узком профессиональном кругу. Пока в узком.
Каждый, кто трудится в кордебалете, понимает, что, не обладая собственным стилем, всю жизнь «простоишь у воды», будешь закоренелой кордебалетчицей.
В определении собственного стиля не совсем действует правило «Терпенье и труд – все перетрут», - только частично. Здесь движет художником то, что называется талант.
Художник, чтобы сделать что-нибудь в своей профессии, должен быть голодным и целеустремленным. Балерины всегда имеют голодный блеск в глазах и избыток творческой злости, возможно, в связи с постоянным недоеданием. - Шутка!
Но если серьезно, то талантливый всегда злится, когда рядом с ним бездарность. Одаренного человека раздражает бездарность. И наоборот, талантливый раздражает бездарных. И самое отвратительное явление – это когда бездарность хочет легким способом достичь успеха. Успех или зарабатывается, или падает как снег на голову, внезапно, но ему всегда предшествует «умный труд».
И еще нужно, чтобы настоящие мастера приняли тебя за своего. Тогда не страшны никакие неприятные случайности. У Марии Кочетковой на первом же конкурсе, когда ей было 16 лет, случилась неприятность: ее уронил с высокой поддержки партнер. Как я представляю, уронить легкую как пушинку Машу – нужно сильно постараться. Хорошо, что в жюри сидели опытные и достойные люди, которые были свидетелями многих балетных инцидентов: Махар Вазиев, Вячеслав Гордеев, Валентин Елизарьев. Они обратили внимание на «неудачливую» дебютантку, все поняли и дали ей приз «Надежды». Такие инспирированные инциденты случаются достаточно часто в балете, особенно с талантливыми дебютантами. Прошлой весной я на фестивале в Мариинке наблюдал нечто подобное: многообещающая Олеся Новикова, впервые вышедшая в заглавной партии в Жизели, еще не начав танцевать, только повернувшись, шлепается на сцену. Хорошо, что успела сгруппироваться и упала на руки. И поднявшись, как ни в чем не бывало провела спектакль на высоком уровне, удивив зрителей удивительной пластичностью ног. Они у нее гнутся, как руки у Плисецкой в «Умирающем лебеде». Почему молодые танцоры падают в самом начале своей карьеры – это отдельный разговор.
Путь «балерины без протекции» труден и тернист не только тогда, когда она выходит на сцену, но еще более – до этого.
Найти свою манеру, более того, свое не сравнимое ни с кем лицо очень трудно. Для этого одних хороших данных мало – нужен критический ум. Только при наличии многих составляющих - внешних данных, физической и психологической выносливости, профессиональной техники, а также таких неподдающихся измерению качеств, как харизма, форс, внутренняя свобода, только при этих составляющих можно говорить о мастерстве.
Выработка индивидуального стиля – это конечная задача периода обучения. К этому подводит вся предыдущая работа. Стиль – это совокупность приемов и способов интерпретации художественного образа, соединение всего того, что ты делаешь лучше других, и что дается тебе легче, чем другим.

Михаил Петренко
Сан-Франциско