«Честь паче почести», -
надпись на гербе
Г. Г. Маразли
Одессе ХIХ века везло на градоначальников. Вот фамилии некоторых из них, оставивших глубочайший след в истории нашего города: Иосиф Михайлович Де-Рибас, Герцог (Дюк) Де-Ришелье, Граф Александр Федорович Ланжерон, Михаил Семенович Воронцов, Константин Фотиевич Папудов, Григорий Григорьевич Маразли. Последний был одесским головой в течение 17 лет - с 1877 по 1894 годы. Самые восторженные эпитеты не помогут нам охарактеризовать Григория Григорьевича, не имеющего себе равных в вопросах благотворительности. Посудите сами: в разные годы Григорий Григорьевич
- Пожертвовал: 5 тыс. руб. Мариинскому детскому приюту, 30 тыс. руб. - на ночлежный приют у Старого христианского кладбища, 47 тыс. руб. - на здания богадельни у Чумной горы, 21 тыс. руб. – на участок земли - обществу устройства дешевых ночлежных приютов, 81 тыс. руб. - на два дома для Греческого благотворительного общества, 17 тыс. руб. - на аудитории народных чтений на Слободке, 30 тыс. руб. - на строительство Городской библиотеки и музея Общества истории и древностей, 100 тыс. руб. - на благотворительность, уездам, деньги на 100 храмов, материально помогал учащимся и студентам.
- Он финансировал строительство: барака для бедных, народного училища, пристройки к Стурдзовской богадельне, первого в России здания бактериологической станции, училища на Ближних Мельницах, двуклассного училища с библиотекой на Старорезничной, школы садоводства на Малом Фонтане, двух часовен, церкви Григория и Зои при 2-й женской гимназии (в память родителей), подарил городу дворец на ул. Софиевской под Музей изящных искусств.
- В годы, когда Г.Г. Маразли служил градоначальником: заложен Александровский парк, пущены «конка» и паровой трамвай.
- Построены: Городской театр, «крытые рынки» (Новый базар), приют для подкидышей, греческая богадельня, детская столовая у Старохристианского кладбища, отделение городской психиатрической больницы, храм на Старопортофранковской при городском училище, народное училище на Пересыпи, церковь на Лимане, приют для рожениц на 26 кроватей, богадельня на 130 призреваемых на Треугольной площади, почтамт, водопровод, трамвайные линии, первый стадион, положено начало Александровскому парку, построен участок конно-железной дороги.
- Открыты: скотобойни, школа садоводства, памятник А. С. Пушкину, памятник-колонна императору Александру, первый трамвай на Хаджибейский лиман и многое, многое другое.
Очевидно, сам процесс дарения доставлял ему удовольствие. Он мог подарить ученикам выпускного класса полдюжины пар серебряных швейцарских часов с цепочками и брелоками - целое состояние. Или в газетах того времени можно было прочитать следующее: «Городской голова Г. Г. Маразли как дачник Малого Фонтана письменно выразил благодарность контролеру конки г-ну Иленскому за его отменно вежливое обращение с пассажирами и послал ему в подарок серебряные часы с золотой цепочкой. На крышке часов выгравирован городской герб» (оказывается, в XIX веке даже миллионеры при поездках на пляж пользовались конкой).
А посетившему Одессу бухарскому эмиру, состояние которого было примерно таким же, как у градоначальника, Маразли подарил «глобус Бухары», т.е. серебряный глобус с рубиновой звездой, отмечающей место города.
Не меньше Г.Г. сделал и для Греции. Храмы, учебные заведения, библиотеки и благотворительные учреждения, построенные им, стоят по всей Греции. Он переводил в Грецию сотни тысяч рублей.
Конечно, Г.Г. был очень богат (по теперешним понятиям – мультимиллионер): 14 магазинов и домов, две дачи в Одессе, дом в Кишиневе, 27500(!) десятин земли в Бессарабской губернии. Это лишь недвижимость. А банковские счета? А ценные бумаги? А роскошная обстановка, библиотека, коллекции и т.д.? Деньги (и немалые) Григорий Григорьевич унаследовал от отца - коммерсанта Григория Ивановича Маразли.
Григорий Иванович родился в 1770 году в городе Филинополь в семье, принадлежащей к древнему роду. В те времена в Греции хозяйничали турки. Поэтому неудивительно, что многие, не желая себя чувствовать людьми второго сорта, бежали в Россию, где благодаря деятельности Екатерины II этот трудолюбивый народ поддерживали, давали льготы на приобретение имущества, ведение хозяйства и занятие торговлей. В основном беглецы селились по берегам Северного Причерноморья. И от родины недалеко, и климат близкий, и море под боком. По примеру своих соотечественников в 1792 году Григорий Иванович Маразли приезжает в Российскую империю и, пользуясь льготами, семейными деньгами и поддержкой греческой диаспоры, начинает строить собственное дело. Тем более что освоение Новороссии весьма активно продолжалось, росли новые города, порты, верфи, но торговое дело находилось пока еще в зачаточном состоянии. Воронцов назвал Маразли-старшего негоциантом божьей милостью. К сожалению, мы не можем сказать, как начиналась его карьера, сколько ему принадлежало кораблей, сколько на него работало моряков и каков был оборот его средств. Не сохранилось никакой документации. Но достоверно известно, что его состояние к началу нового века уверенно приближалось к первому миллиону.
Начать бизнес в Одессе, перенеся его из Таганрога и Херсона, Маразли решился только после появления в городе герцога Ришелье в 1803 году, который не только выбил для одесских купцов льготы и гарантии безопасности, но и позволил вооружать экипажи судов для защиты от бандитов и пиратов. К слову о пиратстве. Ришелье, учитывая напряженную обстановку на Черном море, каждый раз, когда Россия вступала в очередную войну, выдавал одесским купцам каперские грамоты, позволявшие с выгодой атаковать торговые суда, осуществлявшие перевозки в пользу противника. А поскольку проверить, кого именно каперы сочли противником, было практически невозможно, некоторые историки всерьез называют Григория Ивановича пиратом. Дальнейшее развитие европейской экономики позволило Г. И. стать богаче на порядок.
При стремительном росте промышленного производства произошел отток населения из сельской местности в города, где на фабриках требовались рабочие руки. Сельское хозяйство же оставалось на средневековом уровне. Начала складываться ситуация, при которой и рабочих рук на все не хватало, и ощущалась острая нужда в хлебе. Либо развитие промышленности и голод, либо сельское хозяйство и застой. И в этот момент новороссийские порты и негоцианты вышли на мировую сцену. Россия при этом производила пшеницы, ячменя, ржи и риса более чем достаточно для самой империи. Например, Новороссийский край обладал гигантским сельскохозяйственным потенциалом. И с развитием Одессы как мощного порта одесские негоцианты начали вывозить хлеб в Европу и возвращаться из Европы нагруженными. В течение буквально одного 1816 года на европейском пространстве сформировалась удивительно простая и эффективная экономическая система. Россия производила дешевый хлеб и вывозила его в Европу, продавая оптом по весьма приемлемым ценам. Тем самым в Европе высвобождались рабочие руки, и начиналась промышленная революция, обеспечивавшая весь мир продукцией фабрик и заводов. Центральным звеном в этой цепи была Одесса.
Буквально за два года хлебных перевозок Григорий Иванович обогатился просто сказочно, доведя состояние до 10 миллионов с лишним золотых рублей. Система работала настолько хорошо, что требовала минимума внимания, и это позволило Маразли-старшему постепенно расширить свою деятельность за счет работы в области кредитно-банковской системы и страхового дела. Кроме того, Г. И. постоянно вкладывал деньги в развитие портовой и торговой инфраструктуры города. Постепенно состояние Маразли начало работать на него, без необходимости его личного активного участия. Нет, разумеется, он мог бы к десяти миллионам добавить еще десятки миллионов рублей, но не только и не столько деньги интересовали его, хорошо помнившего, почему пришлось покинуть родину. Постепенно, отходя от бизнеса, Григорий Иванович начал свою общественную деятельность, возглавив греческую общину в Одессе. Будучи председателем общины, он принимал самое живое участие в формировании общества «Филики Этерия», ставившего своей задачей свержение турецкого ига над Грецией и воссоздание греческого государства. Прежде всего, Г. И. помогал семье Ипсиланти в формировании и снаряжении воинских подразделений для борьбы с четырехвековым турецким игом, вербовал добровольцев как среди греческой диаспоры, так и среди поддерживавших борьбу греков русских, организовал тайную доставку повстанцев в Грецию и снабжение их оружием и снаряжением. Эта деятельность настолько его захватила, что постепенно Маразли полностью оставил коммерцию, посвятив себя борьбе за независимость родины. Он немало сделал и для того, чтобы Российская империя официально поддержала Грецию, вступив в очередную войну с Турцией. Для решения правительством этого вопроса Маразли предположительно истратил около полумиллиона. В 1830 году борьба за независимость Греции закончилась победой, но на родину Маразли возвращаться не стал. На первый взгляд, поступок странный, ведь Григорий Иванович вполне мог претендовать на весьма высокий пост в правительстве, однако слишком многое связывало его с Одессой и Россией. Последние два десятилетия своей жизни, до смерти в 1853 году, Григорий Иванович коммерцией практически не занимался, оставаясь купцом первой гильдии лишь номинально. Свое время он делил между воспитанием сына, общественной деятельностью и благотворительностью. Пример отца - бескорыстного борца за независимость родины и общественного деятеля - сформировал будущего одесского мецената и градоначальника Григория Григорьевича Маразли.
Родившийся в 1831 году, Григорий Маразли-младший застал отца почтенным гражданином, купцом I гильдии лишь номинально. Отец не хотел видеть в нем будущего коммерсанта, а стремился воспитать подлинного аристократа. Образование юноша получил в самых престижных учебных заведениях Юга - пансионе Кнерри и Ришельевском лицее, в котором, кстати, учили не только стрелять и фехтовать, но рисовать и даже танцевать. Григорий рос в идеальной обстановке любви и заботы. Закончив учебу в Одессе, Г.Г. в начале 1850-х годов отбывает в Париж для продолжения образования и получения европейского лоска. Столица Франции могла предоставить молодому и богатому красавцу возможность проводить время с самыми шикарными кокотками. Но уже тогда он и сформулировал для себя тезис: Раздавать - так миллион; Любить - так королеву. Самый первый роман его был и в самом деле королевским. Звали королеву Евгения-Мария де Монтихо (См. рис.1).
Будущая французская императрица - представительница древнего рода Порто-Карреро, происходящего из Венецианской республики и перебравшегося в Испанию еще в XIV столетии. Отец Евгении - испанский граф Мануэль - Фернан де Монтихо - обеспечил дочери блестящее образование во Франции и Британии. Ослепительная экстравагантная южанка несколько лет колесила с матерью по всей Европе в поисках новых впечатлений и приключений. Мало того, склонная к мистификации, она скрывала подлинное имя, представляясь графиней Теба. Как далеко зашел этот роман, сказать сложно. Во всяком случае, это была бы идеальная пара. Вот что писал об этом художник С.Я. Кишиневский: «Маразли был холост и, разумеется, порядочный «fair la cour»ник (т.е. ухаживатель). В свое время, когда я был еще воспитанником Парижской Академии художеств, я писал картину во дворе музея Клюни. Ко мне подошел один француз, который заинтересовался сюжетом моей работы… Разговорились… Узнав, что я из Одессы, он как-то удивился: «А! Вы из Одессы? У вас Маразли!.. Да!.. Мы его знаем!.. Как же! Знаем, знаем! Он в свое время ухаживал за нашей императрицей и подносил ей букеты…». Вот каков был наш Григорий Григорьевич в дни своей юности…». Дальнейшая судьба Евгении сложилась так. В 1852-м она сделалась супругой Наполеона III. В 1856-м родила наследного принца, получившего имя отца. Она играла одну из первых ролей в государственном управлении, ощутимо влияла на внешнюю политику Франции. Историки утверждают, что именно Евгения чуть ли не спровоцировала франко-прусскую войну. Законодательница мод в свете и политике даже получила регентство, но в конечном итоге вынуждена была покинуть Францию и доживала свой век в Англии, именуясь уже графиней Пьерфон. Насколько известно, Маразли и Евгения довольно часто общались в Париже, где будущий одесский градоначальник прожил без малого пять лет. Нечего и говорить о том, что Григорий Григорьевич был своим человеком в греческом королевском доме и вообще был достаточно близок со многими венценосными особами Европы. На этом этапе его особенно занимали королевы, в том числе - непревзойденная королева сцены – Сарра Бернар (См. рис. 2).
Можно предположить, что великая актриса вообще бы не состоялась, не будь рядом Маразли. Могло сложиться так, что день 11 августа 1862 года, когда Сарра Бернар дебютировала на сцене Комеди Франсез в роли Ифигении, так и остался бы ничем не примечательным будничным парижским днем, если бы не Маразли. Даже в биографии актрисы, изданной во Франции в 1880-х годах, т.е. при жизни всех свидетелей, прямо говорится о том, что богатый одесский грек Маразли бывал у нее и оказывал ей свое покровительство. Нечего и говорить о последующих гастролях Сарры Бернар в Одессе - в 1881 и 1892 годах, состоявшихся с подачи одесского городского головы. Все это - только факты, остальное подскажет воображение. Единственное, что можно сказать совершенно точно, Г. Г. прельщали не просто королевы, но женщины во всех отношениях одаренные, эксцентричные, даже несколько авантюрные: вспомним, что та же Сарра Бернар буквально повторила вояж королевы Евгении, путешествуя по всей Европе под вымышленными именами. Вернувшись в Одессу, Маразли, вероятно, помышлял о женитьбе. Вот свидетельство известного одесского общественного деятеля (впрочем, и сплетника) Эраста Степановича Андриевского: «…Вкатился Маразли. Ну, с этим княгиня Е. К. Воронцова обошлась совсем иначе; чуть не обняла его, и приветствиям не было конца. Маразли был в заветных серых штанах и самом бесцеремонном пиджаке… Не знаю, почему, но мне сдается, что Маразли, наконец, решил оставить холостую жизнь». И - следующая запись в дневнике от 16 января 1867 года: «Я упомянул под 15-м числом о Маразли. Мои соображения о нем следующие. Маразли поступил опять на службу и втерся в штат генерал-губернатора Павла Евстафьевича Коцебу. Меньшая дочь Павла Евстафьевича начала выезжать: мне кажется, грек бьет на нее, потому что вдали ему видится графство». Но приобретший опыт общения с дамами Григорий Григорьевич пока и не собирался жениться, а ухаживал за всеми признанными красавицами Одессы. Например, г-жой Папудовой, г-жой Зарифи, Розой Артуровной Бродской. Здесь уместно вспомнить старый одесский анекдот. Небезызвестный Александр Григорьевич Строганов задает вопрос Маразли: - Простите, дорогой мой, я что-то не вижу вашего прекрасного перстня с бриллиантом… И получает следующий ответ: - Не волнуйтесь, просто я ношу его теперь на пальчике одной изящной шансонетки. Смерть г-жи Папудовой летом 1892 г. была большой потерей для Григория Григорьевича - с красавицей Ариадной умерла целая романтическая эпоха. Вспомним, что очарованный ее красотой Ротшильд подарил ей дворец (статья «Дом Папудова», О.Л. № 155, 2007). Розалия Артуровна Бродская прославилась на ниве благотворительности - как почетный член Одесского общества призрения нищих и попечительница женского отделения Еврейского сиротского дома. Она намного пережила Маразлии и умерла в 1920 году. Я специально остановился на некоторых увлечениях Маразли, ибо хочу сказать, что и его любили. Сейчас самое время в подтверждение последнего тезиса рассмотреть портрет Г. Г. (См. рис. 3).
В свое время, когда он попался мне в первый раз, мне захотелось узнать о нем как можно больше. Да и эта статья не возникла бы, не будь этого портрета. Мне кажется, что неизвестный художник очень хорошо отразил суть Г. Г.: посмотрите на его осанку, чуть насмешливый умный взгляд. Как хорошо видны его награды! Г. Г. был награжден 15 российскими и иностранными орденами: Св. Анны всех трех степеней, Св. Станислава 1-й степени, Св. Владимира 2-й степени, Св. Александра Невского, французским - Почетного легиона большого креста, а также греческими, персидским, итальянским, сиамским, вюртембергским, турецким, румынским и многочисленными медалями. По тому, сколько успел сделать наш герой для Одессы, нетрудно догадаться, что он был настоящим трудоголиком. Если просмотреть его длиннющий послужной список, с удивлением отмечаешь, что почти 30% работ для города он выполнял бесплатно. Ниже приведу краткую характеристику трудовой деятельности Г. Г.
По возвращении из Франции, несмотря на настояния семьи, стал общественным служащим, хотя в последующее время и занялся предпринимательством, став одним из первых людей в одесском купечестве. Попутно с этим, на протяжении всей жизни, Маразли отдавал много средств и сил благотворительности, благоустройству и процветанию родного города.
С 1866 года он состоял гласным Городской думы,
в 1870-73 гг. служил в одесской общине и часто в отсутствие городского головы заменял его.
С 20 сентября 1877 года стал градоначальником Одессы.
На торжественном собрании одесской общественности, посвященном 100-летию Одессы, много было сказано о большой роли семьи Маразли и, конечно же, самого Григория Григорьевича в том, что Одесса за столь недолгое время стала одним из самых богатых городов России, одним из крупнейших и красивейших городов Европы. Более чем сорокалетняя активная деятельность «души» греческой общины, тогда составлявшей в Одессе около 10 тысяч человек, официально завершилась в 1895 году, когда Маразли по болезни ушел в отставку с поста градоначальника.
Закончив с общественной деятельностью, он мог, наконец, всерьез подумать о женитьбе.

[Окончание следует]