[О хите телепроката прошлого года «Ликвидация» написано уже очень много. В том числе в многочисленных интервью и в интернете можно найти варианты концовок, которые рассматривались сценаристами. Одесситам наверняка придутся по сердцу колоритные тетя Песя и ее сын Эмик, вор Фима, находящийся «в завязке». Десятки персонажей, лихо закрученный сюжет. Иногда исполнители «пережимают», стараясь говорить «по-одесски». Многие эпизоды слишком надуманны. Многое пришлось «урезать» из-за скудости бюджета. Но в целом фильм безусловно удался. Мнение неравнодушного зрителя предлагается читателям «ОЛ»]
Речь пойдет о недавнем киносериале «Ликвидация», который был снят российской компанией на советском материале, почему его, наверно, следует называть не «вестерн», а «истерн». Если использовать американскую систему оценок, то я бы присудила ему четыре звездочки: лихо закрученная интрига, погони, шпионы и красивые женщины, в перестрелках трупы падают направо и налево, а действие происходит в колоритной Одессе и по ходу звучат памятные милые песенки «того» прошлого. В общем, все 14 серий смотрятся на одном дыхании. После засилья «долгоиграющих» и сентиментальных южноамериканских киноизделий эта самая «Ликвидация» явилась глотком свежей воды, тем более, что заняты там лучшие актеры молодого и старшего поколений - В. Машков, С. Маковецкий, М. Пореченков, В. Меньшов. Небольшая подробность: главного и положительного героя в сериале зовут «Давид Маркович», что для зрителей (немалой части зрителей) - подарок, ведь после давнего советского фильма «Дамский портной» подобных имен у киногероев что-то не встречалось…
Так что советую «Ликвидацию» посмотреть - и развлечетесь, и отдохнете.
Но… что поделаешь, тут имеются и «но», которыми мне хотелось бы поделиться с теми, кто уже все 14 серий посмотрел (а кто нет, пусть эту статью на время отложит в сторону).
Появлению разных «но» способствовало то, что действие фильма проходит не в придуманной стране и в неуказанное время, а конкретно в Одессе и вскоре после войны. Зритель видит на экране командующего военным округом опального маршала Жукова, на эстраде поет Леонид Утесов, есть и другие реалии тогдашней жизни. Поэтому «развесистая клюква», введенная постановщиками для большей занимательности, бросается в глаза.
Вот, например: следователь УГРО (милицейского уголовного розыска) приходит безоружный в логово воров-«авторитетов» на переговоры. Эффектная сцена! Такое действительно случалось в конце 20-х г.г., о чем можно прочесть у В. Катаева или других писателей-одесситов, однако этот «приход» никак не вписывается в послевоенные годы: прежнего патриархального и «благородного» духа у обеих якобы переговаривавшихся сторон уже не было… Кто-то скажет, что подобный «перенос» разрешен и приведет в доказательство хотя бы строки стихотворения Д.Самойлова:
…В третьем тысячелетьи автор повести о позднем Предхиросимье позволит себе для спрессовки сюжета небольшие сдвиги во времени - лет на сто или двести. В его повести Пушкин поедет во дворец в серебристом автомобиле с крепостным шофером Савельичем.
…………
Царь в лиловом кафтане...
...предложит Пушкину виски с содовой, и тот не откажется,
(и так далее).
Что ж, самойловский вариант допустим (и забавен) для «третьего тысячелетья», сейчас же свидетели послевоенных лет живы и помнят, какие социальные сдвиги за это время прошли.
А вот другой эпизод: начальник военной контрразведки, пожелав покончить в городе с бандитизмом, бросает на борьбу с ним кадровых разведчиков. Он вызывает их - не милицейских дружинников, а боевых офицеров, которые в принципе знать один другого не должны! - на общее собрание и предлагает всем гулять в позднее время, вызывая, так сказать, «огонь на себя». Он раздает собравшейся толпе огнестрельное оружие. Бред какой-то…
Озадачила меня и такая сцена: Давид, зам. нач. УГРО, добился, что арестованных незаконно, без суда, воровских «авторитетов» освободят (зритель рад - закон действует). Из тюрьмы их привозит грузовик, сейчас должны отпустить… Но вдруг всем привезенным приказывают раздеться и стать лицом к стене - не иначе, как последует расстрел (вспоминаются парижские коммунары или партизаны в фашистском плену). «Авторитеты» взглядами прощаются друг с другом - но их не расстреливают, а стреляют поверх голов. Вышедший из-за грузовика с пулеметом Давид просто произносит речь: «чтоб в будущем сидели тихо ша!». При подобном нагнетании страха (на зрителя) мне стало как-то стыдно за авторов фильма.
Теперь серьезный вопрос: может, я что-то не поняла, так объясните мне, пожалуйста: сериал идет к концу, зрители уже понимают, КТО главный враг, подлец и изменник, кто этот самый «академик», руководитель подпольной сети, направлявший руку убийц. После долгих и хитрых розысков он, наконец, схвачен - и Давид, ранее его искренний друг, задает вопрос: почему? Почему он, подпольщик, все это сделал? И тот отвечает: «Да, я был с подпольщиками в Одессе и при необходимости стрелял в немцев-оккупантов и пускал поезда с ними под откос. Но советских я ненавижу и против них готов связаться хоть с чертом!».
Т.е. враги для отрицательного героя - это и немцы-оккупанты, и советская власть. Так и для меня они враги! Соглашусь, что тогда, сразу после войны, советская власть могла многими ощущаться своей и родной, и поэтому «академик», добывающий оружие для «лесовиков» (аналог бандеровцев в молдавских лесах близ Одессы), враг. Но ведь показывают это сейчас, когда и зрители, и постановщики много чего о советской власти узнали (и прочувствовали на себе еще). Да и Украина уже «вільна»!
Режиссер сериала, Сергей Урсуляк,- талантливый человек, он хорошо «чувствует» современность и умеет ее отображать. Это он в 90-х г.г. снял прекрасный фильм «Сочинение ко Дню Победы», где играли совсем молодые Машков и Маковецкий, а также наши любимые О. Ефремов, В. Тихонов и М. Ульянов. Спасибо, конечно, режиссеру, сценаристу, актерскому коллективу (и продюсеру, без которого сейчас нельзя) - сериал «Ликвидация» сделан на уровне, и при его оценке следует учитывать законы вестерновского жанра.

Людмила Вайнер
Чикаго