Писать об архитектуре и легко, и трудно. Само расположение города предопределило его архитектуру. Море, которое входит в город, охватывая его с трех сторон. Постоянный звук сирены на маяке и шум морской волны. Стройные улицы в богатом уборе акаций, платанов и каштанов – все это было предначертано планировкой улиц и кварталов, скверов и мостов, которые создавали гениальные первостроители и зодчие, какими были Дерибас, Ришелье, Деволан, Ланжерон. Благодаря им Одесса стала такой, какой мы ее знаем и какой мы ее любим, вне зависимости от того, в каких странах мы сейчас живем.
Конечно, прошедшая война не могла не оставить шрамов на теле города, на то он и Герой – наш город, первый их городов-героев.
Одесса, если можно так сказать, «сама себя родила». Ведь знаменитый легкий, прочный и теплоемкий строительный материал – ракушечник – Одесса брала из собственного чрева. И знаменитые одесские катакомбы – это неизбежный результат добычи этого благородного строительного материала. Во время войны Одесса-мама хранила своих детей – одесситов во время бомбежек в катакомбах. А в старину жители Старой Одессы пользовались услугами контрабандистов, которые по катакомбным ходам доставляли контрабанду даже самым благородным, таким, как граф Воронцов и граф Потоцкий. Помню, когда в детстве мы ходили на экскурсию во дворец графа Потоцкого (по другим источникам – Нарышкиных), где размещена картинная галерея, то обязательно опускались в «катакомбы». Там нам показывали грот-пещеру и фонтан в гроте, из которого в давние времена, якобы, лилось вино, и «ложные ответвления» катакомб, в которые заходили злоумышленники, не знавшие дороги. Там злоумышленники переворачивались на качающихся досках, падали в яму на предусмотрительно установленные на дне колья и, в конце концов, погибали. Их воплей не слышали, а, может быть, и не хотели слышать.
Да и во дворце графа Воронцова, я слышал, тоже был позже засыпанный катакомбный ход в порт.
Да и что тут удивительного? Ведь из подвалов дома № 1 по Дерибасовской, в котором я жил, тоже был катакомбный ход в порт, который позже замуровали…
Не знаю, помните ли Вы, что некоторые тротуары в Городе были покрыты синеватыми тротуарными плитками. Это была вулканическая лава – материал, который привозили в качестве балласта на судах, приходящих за зерном в Одессу из Неаполя. Эти плитки доставались Одессе бесплатно (хотя и была такая версия, что власти пытались ввести на ее ввоз пошлину)…
Я помню одесские дворцы. Впрочем, что считать дворцом? В городе много дворцовых зданий. Дворцы графа Воронцова, графа Потоцкого, графа Толстого, Шахский дворец. Дворец Абазы – нынешний музей Западного и Восточного искусства – памятник архитектуры, построенный в 1856-1858 годах по проекту архитектора Л. Оттона. Здание великолепное, как снаружи, так и внутри (к слову, в наше время директором его был отец нашей соученицы Дины – профессор Зелигер). А как относиться к таким зданиям «служебного назначения», как здания музеев, начиная от дома Гагариных, в котором расположился Литературный музей, или корпусов медицинского института, университета, Городской публичной библиотеки?.. Есть и дворцы «ведомственные», более поздней постройки: «Дворец Моряка», «Дворец Железнодорожника» (бывший ранее «Домом еврейской культуры», иначе – «Еврабмол»), «Дом Учителя», «Дом медработника», «Дворец Спорта» и т.д. А дом баронов Фальц-Фейнов (Гоголя, 1) – владельцев заповедника Аскания Нова, известный, как «Дом с Атлантами»?..
Поэтому я и обращаюсь к тем, кто чувствует себя «навсегда одесситом»: постарайтесь найти и прочитать книгу профессора Одесской Академии холода Александра Викторовича Дорошенко «Поэма о Городе». Название книги полностью соответствует вдохновенному содержанию, хотя многие и не понимают, почему – «поэма», ведь это – проза. Нет, это правда – настоящая поэма. Мы вместе с автором и его собачкой гуляем по городу и любуемся архитектурой города, слушаем музыку архитектуры. Любуемся зданиями города, пробуем на ощупь стены, ощущая шероховатость известняка и благородную гладкость мрамора. И о людях Города автор рассказывает – ныне живущих и умерших… Ищите «Поэму о городе» Александра Викторовича Дорошенко, читайте ее и, дай Бог, чтобы Вы оказались достойны ее читать…
А мы – Владимир Бант совместно с моим другом Исааком Хитриком – продолжим рассказ о Дворце графа Воронцова или, уже в наше время, – Дворце Пионеров. Дело в том, что Исаак с момента открытия Дворца Пионеров в 1936 г. (по предложению «врага народа» Павла Петровича Постышева) был избран Председателем детского самоуправления Дворца. П.П. Постышев был также «виновен» в организации по всему городу «пионерских форпостов», которые были как бы филиалами Дворца Пионеров при домоуправлениях.
Мы помним встречу нового 1936 года, первую в нашей жизни Новогоднюю елку. Концерт в Белом зале дворца, красочный пригласительный билет, который просили сохранять до конца представления и при выходе обменивали на коробку шоколадных конфет…
Отвлекусь на свои ранние впечатления о дворце Воронцова.
Я жил в начале Дерибасовской и, конечно, бульвар, грот, Потемкинская лестница, фуникулер, Луна-парк, колоннада Дворца да и сам Дворец были «нашей территорией». Зимой, например, фуникулер не работал, и мы, ухитрившись, раздвигали дверцы вагона и проникали внутрь. Из Луна-парка прекрасно были видны открытые окна «Морских ванн», и там было, что подсмотреть. И во Дворец мы проникали через разбитые окна и даже разбитые ставни первого этажа, пробирались в комнаты, где царила «мерзость запустения». Школьниками нас посылали во Дворец, где находился склад учебных пособий. Помню, как работница склада говорила, что у нее есть требуемые карты, но они, к сожалению, на треть съедены крысами, которые во Дворце чувствуют себя хозяевами…
Потом я уже попал в отремонтированный Дворец, как пионер, на законном основании. Был в авиамодельном кружке, фотокружке, кружке «Юный Моряк». До сих пор жалею, что отец мне не разрешил пойти в мотоциклетный (без согласия родителей туда не брали). А вот в такой «экзотический», как стенографический, меня сагитировала вступить Анечка, моя одноклассница и будущая жена…
А теперь – слово председателю детского самоуправления Одесского Дворца Пионеров Исааку Хитрику.
«Конечно, в субботниках по восстановлению Дворца Воронцова (Пионеров) участвовали все предприятия и пионеры города. Директором Дворца был очень энергичный и авторитетный человек Исаак Филиппович Барон, дневавший и ночевавший во Дворце. Заведующим учебной частью был Николай Петрович Беспальчий. К работам по восстановлению Дворца Пионеров были привлечены одесские художники и декораторы, и к новому 1936 году Дворец принял своих Хозяев… Здесь уже упоминалось о Новогодней елке, о подарках, но и сам Дворец был подарком сказочным. Трудно припомнить и описать все его комнаты и залы. В основном, парадном корпусе главным был Белый Зал. Помню технический корпус, где располагались технические кружки: мото-, авиа- и судомодельный. Все кружковые помещения были оснащены соответствующим оборудованием. А великолепная «Комната сказок», расписанная сюжетами сказок Пушкина, Шахматные комнаты, Зимний сад, в который спускалась мраморная лестница (кстати, на ступеньках этой лестницы разыгрывалась сцена встречи Марины Мнишек с Самозванцем; артисты были, конечно, членами драмкружка). Из ставившихся во Дворце спектаклей почему-то особенно запомнился «Маленький Мук». С этим спектаклем наши артисты ездили в Киев на Олимпиаду…
А встречи во дворце с Любовью Орловой, Корнеем Чуковским, челюскинцами и папанинцами…
Также во Дворце были богатая библиотека и читальный зал.
В подвале основного здания Дворца располагался фотокружок, который оборудовали работники Одесской киностудии. Прекрасные современные фотолаборатория и фотоателье. Позднее мы узнали, что именно под фотолабораторией «заглушили» выход к морю, который вел в порт…
Здесь же, в подвале располагался кружок «Юного Моряка» и судомодельный кружок. Тут же была устроена качающаяся палуба корабля. А по бокам двигались полотна с нарисованными берегами одесского залива, создающие иллюзию движения. Здесь также располагался «водолазный колокол» с иллюминаторами, через которые можно было наблюдать за действиями кружковцев-водолазов.
А стрелковые кружки… Обязательной была сдача на значок «ЮВС» – «Юный Ворошиловский стрелок». Думаем, что наши снайперы, которые выполнили норму на значок «Ворошиловский
стрелок 2 ступени», не спасовали на войне. Стрелять они умели…
Не следует думать, что вся жизнь пионеров, посещавших Дворец, протекала в его стенах. Были и экскурсии: путешествие в заповедник Аскания Нова, поездка в Крым и посещение Севастопольской панорамы, поездки активистов в Москву на ВСХВ (Всесоюзная Сельскохозяйственная Выставка, позже переименованная в ВДНХ – Выставка Достижений Народного Хозяйства), в Кремль (но эти поездки надо было заслужить активной работой). Известно также, что вокруг Одессы летом открывались многочисленные пионерские лагеря, и активисты Дворца посещали «костры» и выступали с самодеятельностью, участвовали в «военных играх». Не забыть и многочисленные пионерские форпосты в которых активисты Дворца вели методическую работу и выступали с самодеятельностью…
В нашей памяти Дворец Пионеров навсегда останется одной из ярчайших страниц нашего детства и юности».