Что-то с памятью…

Был Иван (а ныне Джон)
Неприятно поражен:
Из того, что помнить надо,
Ничего не помнил он.

Доктор дал ему бальзам:
- Только он поможет вам.
По столовой ложке пейте
По утрам и вечерам.

Джон бальзам употребил –
Вспомнил все, что позабыл.
Даже вспомнил, как в посадке
Дуню-ягодку любил.

Вспомнил, как сексотом был,
Как людей зазря губил,
Как году в пятидесятом
Тещу в ванне утопил.

Он уснуть не может ночью,
Не придумает, как быть.
И теперь лекарство хочет,
Чтобы снова все забыть.

Из книжки "Собачья жизнь"

Бывают случаи, однако!
Я не намерен вас дурить,
Но вдруг вчера моя собака
По-русски стала говорить.

Сижу и новости смотрю.
- Ну что ты здесь об ногу трешься?
Неси газету, - говорю.
Она, небрежно: "Обойдешься.

И на меня ты зря орешь,
Я перемыла всю посуду".
Я говорю: "Не верю, врешь".
Она в ответ мне: "Сукой буду".

***

Шарик Жучке на свиданье
С мясом косточку принес,
Стэйк свиной, бифштекс бараний
И букет пунцовых роз.

Дама даже не взглянула,
Только хвостиком махнула:
- Лопоухий, тормози.
Псиной от тебя разит.

Рассказ гордой женщины,
к которой клеился муж ее подруги

Козел мой спит. Я вновь одна.
Что может быть глупее?
И вроде нынче не война,
А я, считай что, лишена
Того, что все имеют.

Неясный зов меня манит,
Я в ожиданьи встречи,
Влечет неведомый магнит…
Тут он – с утра уже звонит
И чижиком щебечет.

Еще я трубку не сняла,
Еще не села рядом,
Как моментально поняла
(Ведь я достойный путь прошла),
Чего мерзавцу надо.

Но я подругу не предам
с ее святою верой.
Я ничего ему не дам,
Я лучше титьки брошу псам,
А там забью фанерой.

Не уроню с ресниц слезу,
Я поступила славно.
И пусть себя как хошь грызу,
Но гордо голову несу,
А попу – и подавно.