Легенда говорит, что в Одессу футбол завезли незадолго до Первой мировой войны английские моряки. Эта «инфекция» начала неудержимо распространяться, и сейчас мы имеем то, что имеем. Но Одесса одной из первых была заражена «инфекцией». И настолько, что одесситы начали играть в футбол на любой подходящей площадке: в просторных дворах, на пустырях и т.п. Играли дети, играли взрослые на работе в обеденный перерыв. Потом заводы и фабрики стали оборудовать свои футбольные поля, и каждые более-менее крупные завод или фабрика имели уже свои, часто примитивные, «стадионы». Достаточно было иметь поле, ворота (пусть без сеток, а то и камушками место обозначить), несколько скамеек для зрителей (но можно и на траве сидеть) – и этот «стадион» и футбольные команды уже брались на учет в физкультурном отделе горисполкома.
А мы ходили на Дерибасовскую, 12, где тогда располагался горисполком, в отделе физкультуры и спорта просматривали расписание футбольного розыгрыша города по производственным коллективам и старались не пропускать игры, в которых участвовали команды, за которые мы «болели». Лидерами розыгрыша заводских команд были «январцы» (завод Январского восстания), команда «ЗОР» (слышалось романтичное – «зорь», в действительности же – Завод Октябрьской Революции), «железнодорожники», «кинапповцы», «трамвайщики», завод Продмаш. Стадионов было много, и были они и на Пересыпи, и на Ярмарочной, и на Товарной. Однако расстояния нас не останавливали, да и проезд – бесплатный (на площадках трамвайных вагонов или «на буфере»). Но общего городского стадиона не было.
И вот совсем недавно мы услышали от бывшего в то время ответственного секретаря одесского Окружного Совета физкультуры Льва Львовича Сахновского историю строительства в Одессе первого настоящего, многоместного стадиона. (Кстати, не так давно мы опубликовали в «Одесском Листке» рассказ о матери Льва Львовича – «Еврейская мать Тереза»). Проходили мимо стадиона «Спартак», и Лев Львович сказал: «А ведь я – крестный отец этого «Спартака»». А затем рассказал интересную историю.
Между улицами Белинского и Канатной располагался фешенебельный Итальянский бульвар. После двух разрушительных войн от бульвара остался пустырь, поросший густым бурьяном. Летом 1923 года по инициативе неоднократного чемпиона по мотогонкам Николая Юрьевича Новацека здесь началось строительство грандиозного мотовелотрека. После того, как были возведены трехметровые земляные валы, работы прекратились по «уважительным причинам» – отсутствию средств. Больше двух лет эти валы стояли, служа напоминанием о бедности городской казны.
В 1928 году футбольный сезон в Одессе начался ранней весной по классам: «А», «Б», «В» и «Г» (больше их по алфавиту не было). Включились около трех десятков команд профсоюзов: «январцы», «железнодорожники», «металлисты», «моряки», «джутовцы», «коммунальники», «портовики», «трамвайщики»… Первенство выиграла команда трамвайщиков «Местран», которая потом долгие годы была очень популярна в Одессе. Кстати, стадион «Динамо» на Французском бульваре раньше назывался стадионом «Местран». (Имя команды и стадиона было образовано согласно бытовавшей тогда моде все и вся сокращать – Местный Транспорт). Команда «Местран» совершила блистательное турне по городам РСФСР, Крыма и Украины. В ее составе были тогда известные в Одессе футболисты: Москвин, Злочевский, братья Штраубы, Кусинский, Кравченко. Однако об их успехах одесситы могли судить только по слухам и газетам, а дома они практически не играли, так как достойного стадиона для приема иногородних команд в Одессе не было.
Но недаром в Совете физкультуры Льва Сахновского упрекали в склонности к футболу и в шутку называли председателем «футбольного Совета». Как говорил Лев Львович, вопрос о строительстве большого, многоместного современного стадиона с нормальным футбольным полем, тремя-четырьмя рядами скамеек, баскетбольными и волейбольными площадками был его головной болью.
Тем временем успехи одесских футбольных команд росли. А тут еще весть о прибытии в СССР сборной Финляндии, которая предложила провести встречи со сборной города, и согласие футболистов Серпухова провести в Одессе матч-реванш с командой «Местран»…
Лев Львович Сахновский жил тогда на улице Отрадной. Идя домой, он однажды остановился перед «незавершенкой» – земляными валами, которые остались после прекращения работ по строительству велотрека. Да ведь это, если приложить руки, – место для отличного стадиона! На окончание строительства велотрека денег пока нет. Капитальные вложения нужны нешуточные: укладка бетона, нивелировка и т.д. А сгладить откосы «валов» под трибуны не будет стоить дорого, тем более, что это можно сделать методом «комсомольской стройки».
И работа закипела. Встречу со сборной Серпухова, которая закончилась убедительной победой одесситов со счетом 7:2, и встречу со сборной Финляндии, которую мы проиграли, но с минимальным счетом 0:1, наблюдали немногие, так как играли на небольшом стадионе «Местран» (телевидения тогда, по понятным причинам, не было, газеты и рассказы – это типичное «не то»). Все это сработало в пользу ускоренного строительства нового стадиона на Итальянском бульваре.
21 сентября 1928 года газета «Вечерние Известия» сообщила об окончании работ по строительству нового, современного стадиона на 10 тысяч мест с беговыми дорожками, площадками для игры в волейбол, баскетбол, гандбол, теннис. А Льву Львовичу пришлось переживать обиду друзей мото-вело-спортсменов, которые все же сменили гнев на милость и признали его правоту (и первым это сделал его друг-мотоциклист Николай Новацек). Денег-то на окончание строительства велотрека и в отдаленной перспективе не было.
На стадионе был проведен митинг по поводу его открытия, на котором стадиону было присвоено имя 10-летия Комсомола.
Стадион им. 10-летия Комсомола (в дальнейшем – «Спартак») не остался в одиночестве. Рядом с ним все-таки построили веломототрек. Мне кажется, что на нем соревнования почти не проводились. А в 1981 г. на месте велотрека был построен современный Одесский театр музыкальной комедии им. М.Водяного.
Что касается современного стадиона, то Одесса была изначально одарена превосходным местом для его строительства. В городском парке (названия которого менялись от случая к случаю – им. Шевченко, Центральный парк и т.д.) были две природные выемки, которые располагались по обе стороны Центральной аллеи. Одна – большая, ближе к морю, которую называли «Черное море» и вторая – значительно меньше, по имени «Азовское море». «Черное море» идеально подходило для строительства стадиона. Природа сама создала пологие склоны. Надо было лишь привести их в порядок и поставить скамейки. А площадку между склонами (трибунами) спланировать под футбольное поле. В окрестностях мест для различных игровых площадок по различным видом спорта – неисчислимо. К тому же – море рядом, видно с трибун, и легкий морской воздух помогает футболистам. Ну, а «Азовское море»? Тоже не «пропало» – это был почти готовый зрительный зал «Зеленого театра».
Строительство стадиона началось в 1925 году. В 1935 году на нем состоялся первый футбольный матч: сборная Одессы – сборная СССР (0:0). Очень памятно то, что милицейский кордон был не только вокруг стадиона, но документы проверяли и на подходах к Канатной. Пацанам было легче. На документы они не надеялись и находили «ходы», милиции неизвестные. В 1936 году стадион был торжественно открыт.
Одесса к тому времени имела опыт международных встреч. Еще до открытия главного стадиона, в 1934 году состоялась игра между сборной команды Одессы и сборной Народных Домов Турции. Встреча окончилась победой одесситов 3:0.
Нашими кумирами тогда были футболисты Зубрицкий, Табачковский, Орехов, Гичкин, Малхасов, Хижников, Волин… Но память, память…
Рассказ о футболе в Одессе будет неполным, если не сказать об одесских болельщиках. «Клуб болельщиков» и сейчас, как нам известно, находится под открытым небом, на Соборной Площади и Преображенской. И по «качеству» болельщиков он делится на две группы: на тех, кто знает о футболе все, и тех, которые не знают о футболе ничего. Вот и спор идет – кто прав. Как в том анекдоте – все правы. Но правее всех всегда были, помнится, два знаменитых болельщика – это Исаак Гросман и Юра-Луна. Гросман не пропускал ни одного матча, хотя билета у него никогда не бывало (входил он на стадион через служебный вход, и постоянное место на 39-ой трибуне всегда было за ним). Мнение Гросмана об игре было настолько профессионально и убедительно, что с ним считались игроки и тренеры футбольных команд.
И в заключение. Здесь, в Израиле, в Кфар-Сабе, где я живу, я познакомился с одним земляком-одесситом. И я ему как-то сказал, что ходил на стадион «Черноморец» всегда без билета, потому что мой друг и сокурсник стоял на воротах. Он спросил, как фамилия моего друга, и с удивлением признался, что об этом вратаре ничего не помнит. На что я ответил, что, мол, не беда, а друг мой стоял, подрабатывая контролером, на одних из многих входных ворот на стадион.